Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

deer girl

Итоги 2018

Прочитала тут итоги 2017.

Ощущение, что писал какой-то малыш. Ну, расстраиваться странно – каждому возрасту свои слова.

А сейчас я будто выныриваю из плотной жидкости этого года и хочу, чтобы в следующем она была в хорошем смысле прозрачнее, легче, теплее.

2018 тоже был неплохой, наполненный работой, тихим счастьем, друзьями и творчеством. Только работа иногда не оставляла живого места, болезни убивали (но меня ещё не убили), дома была мало. Больше было битв. Не люблю битвы.

Collapse )

Желаю себе больше отдыхать и заниматься собой. Просто я очень сильно мечтаю о жилплощади, и вроде почувствовала, что смогу до старости на неё заработать. Пожелаю себе много денег и жилплощадь, ладно. Эй, Мироздание, ничего у меня не отнимай!

А вам желаю здоровья.

Так у вас будет больше сил и денег на путешествия, работу, хобби и другие приятные штуки.

Будьте счастливы, живите здесь и сейчас – это очень важно, потому что жизнь может кончиться в любой момент. Не откладывайте хорошее, не мучайте себя и близких тупым и ненужным в такой перспективе.

Спасибо тем, кто рядом со мной, я вас очень люблю.

Рядом = со мной, и если мы не видимся годами, это ничего не значит, когда вы живете в моем сердце.


вульф

Романтический наивнячок

Заметила такую смешную штуку, теперь сижу, посмеиваюсь над собой, захотелось записать.

Когда я читаю роман, иду вместе с героем туда, куда идет он, слежу на сюжетом, погружаюсь в его жизнь. И вот встречается ему девушка, он начинает о ней рассказывать, какие-то истории, ситуации. И я невольно думаю что-то вроде: "Вот, это она, девушка, о которой пойдет речь, его возлюбленная".
А потом эта линия заканчивается, герой идет дальше, встречает еще кого-то.
И на каждую девушку, видимо, появляется такая реакция.

Забавно, что в жизни ведь так и происходит - какой талант это выразить на бумаге! Но, видимо, без читателя все равно никак. Ведь когда ты садишься описывать свою маленькую хорошую любовную историю, которая уже закончилась, очень сложно писать о ней так, будто она не кончалась. Почти невозможно. Тебе нужен тот, кто верит в бесконечность этой истории так же, как ты верил тогда.

Вот так и мы встречаем людей и думаем, что это "та самая/тот самый, о ком пойдет речь".
А потом сюжет развивается как-то по-своему, мы идем дальше, и у читателя нашей жизни, вероятно, случаются такие же милые разочарования, что это опять не тот, из-за кого родилась эта книга.

А у вас какие отношения с героями книг?
вульф

Сказка, написанная для Космофеста (12.04.16)

Маяк Анатолий стоял на берегу холодного моря. Он ждал. Он так хотел рассказать, но те, кто его построил, больше не возвращались. Приходили другие. Меняли лампу. Сначала она была масляной, они меняли её часто. Шли годы, лампа стала электрической, люди стали приезжать реже: иногда он даже пыхтел и надрывал напряжение, чтобы глупый фонарь перегорел. Диверсия приводила к успеху, но люди так быстро всё меняли и уезжали, что маяк Анатолий даже не успевал представиться.

Маяк Анатолий понимал, что всё из-за его края мира, из-за холодного моря, которое никому не нужно. Однако он знал цену этому краю, поэтому ждал.

Однажды он ещё не успел проснуться, а кто-то уже положил прохладные пальцы на ржавую ручку его тяжелой двери. Надо же, подумал он, лампа вроде в порядке, недавно меняли. Кто же это?

[Юноша - и как его...]Юноша – и как его такого занесло в такую даль, – тонкая кость, огромный рюкзак на сгорбленной спине, очки в чёрной оправе. Тяжело ему даётся замочная скважина. Удивлённый маяк Анатолий даже не сразу спохватился помочь, но вспомнил и шлёпнул дверь в нужную сторону. Он изнемогал от нетерпения, а юноша так медленно поднимался наверх, что даже лампа завертелась быстрее – пульс маяка участился.

- Фуф…
Юноша аккуратно опустил рюкзак на пол, усыпанный мумиями разной мошкары. Ээээх, подумал маяк Анатолий, ведь мог бы и убрать, да не ждал гостей. Тоже мне, хозяин.

Юноша осмотрелся. Два маленьких грязных окошка, буржуйка – то ещё счастье, дрова сюда таскать; письменный стол, табурет, стеллаж, кровать – всё из разных лет, но как-то одинаково потёрто.

Маяк Анатолий тем временем суетился. Снаружи этого было не заметить, но каждый его кирпичик осторожно отряхивался от соли, пыли, сна, казавшегося вечным. Он понял, что такой рюкзак юноша принёс неспроста, скорее всего, он останется, хотя бы на несколько дней.

Юноша убрал в комнате и туалете. Разложил книги, тетради, какие-то неведомые коробочки на полки и на пол, повесил рюкзак на гвоздь над кроватью. Достал два варёных яйца, кукурузу, несколько редисок и половинку белого. Крошки после трапезы аккуратно сгрёб и отправил в печку.
Неуклюже сел на табурет, открыл большой блокнот и начал писать. Маяк Анатолий смущался, но не мог не подглядывать.
- День первый. Связь в этом углу вселенной действительно не работает. Тут пусто и затхло – крошечные бойницы, выдающие себя за окна, даже не открываются. Сегодня выдохну, завтра осмотрю окрестности, следующей ночью начну – аппараты пока не собирал.
Маяк Анатолий обрадовался: как он в точку-то с углом вселенной! Вот потемнеет совсем, такое ему покажу!

Юноша устроился на кровати с кружкой чая и читал книжку, пока не начал клевать носом. Маяк Анатолий совершал последние приготовления, даже как-то очистил ржавчину с перил. Когда появились первые звёзды, он радостно заглянул к юноше, а тот уже спал, уронив книгу на пол.
- Нет, нет, нет, что же ты спишь!?
Маяк Анатолий пробовал завывать ветром в окошки, осыпаться пылью потолка на кровать, мигать светом и скрипеть перилами. Но уставший юноша спал, как убитый. Полосатая башня загрустил, но не отчаялся.

Весь следующий день юноша изучал берег, устанавливал наблюдательные приборы на обзорной площадке, доводил до ума своё жилище, раскладывал на полу карты звёздного неба, искал на берегу дрова для печки, писал письма, готовил еду. Маяк Анатолий нервничал.

Когда стемнело, юный учёный накинул ветровку, обернул шею тёплым шарфом и поднялся на площадку. С неё было слышно море, в уши дул прохладный ветер. Он опустился на колено и стал настраивать телескоп. Вдруг, когда уже почти удалось добиться максимальной чёткости Планеты, которая в это время года открывала себя для острых глаз и пытливых умов тех, кто смотрит на галактику с Земли, что-то большое заслонило юноше весь обзор. Птица, что ли? Он оторвался от окуляра и приподнялся. Вокруг всё было чисто. Он опустился обратно, но что-то его насторожило. Было удивительно тихо. Ни ветерка, ни шума волн. Тёплая, густая тишина. Он снова поднялся и стал осматриваться. В середине площадки крутился фонарь маяка. Юноша посмотрел вниз и не увидел моря. А наверху всё те же звёзды… Или нет? С ними тоже что-то случилось. Они были, но не те. Во-первых, их было больше, во-вторых, они не складывались в знакомые созвездия. Юноша забеспокоился. И уж совсем оторопел, когда услышал чей-то голос:

- Доброй ночи.

Юноша огляделся, никого не увидел, но спросил осторожно:

- Кто здесь?
- Меня зовут Анатолий. Я маяк.
- Маяк?
- Ну, да. Ты на мне стоишь.
- Что за бред… это розыгрыш? Как ты разговариваешь?
- Сложно сказать, как. Могу разговаривать и разговариваю.

Против этой логики юноша был бессилен.

- А куда делось море? И почему звёзды другие?
- Потому что мы не на Земле. Здесь моря нет. А звёзды те же, просто с другой стороны.
- Наверное, я сплю. Мы на другой планете. Говорящий маяк…
- …Анатолий.
- Анатолий, да, прошу прощения. И что это за планета?
- Не знаю. Хорошая. Если бы на Земле я стоял бы в таком тёплом месте, многие бы приезжали ко мне.
- Подожди. А зачем ты тут, если моря нет?
- Указываю путь.
- Кому?
- Кораблям, конечно. И китам.
- Кораблям и китам?
- Да.
- Бред какой… И где же они?
- А ты садись, всё равно же пришёл на звезды смотреть. Жди. Увидишь. По средам тут пассажирские проходят, а ближе к утру и транспортные, они особенно внушительные.
- Корабли?
- Киты.
- Транспортные киты!?
- Пассажирские тебя, смотрю, не удивили.

Юноша нахмурился, но сел. Сидит, сидит, смотрит – действительно, из-за какого-то небесного поворота появился кит. А на нём целый дом. Плывёт, медленно, но уверенно. Юноша протёр глаза, но кит никуда не делся.

- Ну что, - услышал он шершавый голос маяка, - убедился?
- Убедился…
- Значит, и наше время пришло.
- Время че…
И не успел юноша договорить, как маяк Анатолий затрясся, раздался оглушающий рокот, и в считанные секунды он начал отрываться от земли. Юноша ухватился за крепления фонаря и орал свой вопрос:
- … гоооооооооааааа!?

Маяк завертелся вокруг своей оси, ввинчиваясь в небесную мякоть. Анатолий Делал он это вдумчиво, неспеша, поэтому перед глазами юноши вполне отчётливо проплывали корабли невиданных конструкций, небесные киты, пассажирские и, судя по разноцветным ящикам на спинах, транспортные, звёздные олени, радужные субстанции, космические станции, метеоритные подстанции и другой, не менее дружелюбный, космический мусор.

- Кудааааааа? – Удалось открыть рот юноше.
- В кооосмоооос! – Не без помех отвечал маяк Анатолий.

Юноша поднял голову и увидел, что они несутся прямо в большую белую планету, испещрённую кратерами. Неужели, подумал он, Луна? Это, хотя бы, какой-то ориентир, с неё можно и до Земли добраться… Он покрепче ухватился руками и старался не думать о том, как всё устроено в маяке, и как он в точности будет совершать безопасную посадку. Шли минуты, и страх возрастал, потому что маяк даже не собирался притормаживать – так и целил шпилем в один из кратеров на полном ходу. Юноша закричал и снова зажмурил глаза, готовясь к столкновению с поверхностью.
Его и правда ударило по голове. Рюкзаком. Который всё-таки сорвался со старого гвоздя над кроватью. Юноша вскочил, жадно глотая воздух и хватаясь за мебель затёкшими руками. Пыльные стёкла предрассветно щурились. Юноша босиком выбежал на площадку, схватился за крепления фонаря и, часто дыша, оглянулся. Всё было на месте: море, довольно холодный ветер, крики чаек, его телескоп. Он отпустил руки, закрыл ими лицо, опустился на колени. Набрал в лёгкие воздуха и тихо произнёс:

- Анатолий?

- Что?..
deer girl

С девочкой ничего не случится (с)

Попробуй слезы мои на соль.
Чуть-чуть недосолено, кажется?
Моря бы.
Со всей его солью, йодом и рыбами,
С камнями, что катятся
В багряно-прозрачный прибой.
Попробуй губы мои на смех.
Чуть-чуть опечалены, кажется?
Счастья бы.
Со всем его пиром, праздником, танцами,
С горячим таким, что жжется,
Сердцем, как не у всех.
Попробуй душу мою на страх.
Чуть-чуть недобитая, кажется?
Боли бы.
Со всем её криком, горем и яростью,
С кровью, что густо мажется,
В нежных твоих руках.
Ты выложи тело мое на снег.
Мы очень похожи с ним, кажется.
Если бы
Со всем его адом, ветром и холодом,
С мыслями, что не вяжутся,
Сладить мог человек.
вульф

1905. Про девушку, которая искала и нашла

Не охладела, нет,
скрываю грусть.
Не разлюбила,—
просто прячу ревность.
Не огорчайся,
скоро я вернусь.
Не беспокойся,
никуда не денусь.
Не осуждай меня,
не прекословь,
не спорь
в своем ребячестве
жестоком...
Я для тебя же
берегу любовь,
чтоб не изранил насмерть
ненароком.
В.Т.
Collapse )


Светочка, радость Петербургских дней, верная помощница княжны, среди листков бумаги обнаружила черновик письма Марку Голицыну – он нашел свое место в газете «Русское дело». Русское дело, которое занимало Анн-Мари Элен последний год, которому она отдала все свои силы, чтобы видеть, но не думать о тех, кого так легко потерять.

«Марк, милый брат, maman сказала, что ты ждешь моих писем, а я ведь тебе еще ничего не писала про Петербург. А слов не хватит, Марк, Петербург нужно видеть, слышать, чувствовать.
Отправляйся на Montmartre, часов в восемь вечера. Поднимайся один, пешком, быстро, по самым узким улочкам – прямо в Lapin Agile. Встань у окна, закрой глаза, отдышись: ты услышишь веселую музыку, женский визг, звон бокалов, но пот будет стекать по твоей груди, вокруг тебя будет темно, лишь только желтый свет из окон кабаре будет освещать улицу и твое усталое лицо, но внутрь тебе нельзя, ты не войдешь. Марк, там ты – русский рабочий, чья смена закончилась поздно, в кармане несколько грошей, вокруг кипит жизнь, но пот стекает по его груди, и некуда, некуда идти…
По субботам maman устраивает салоны. Приди туда поздно, когда гости уже устанут, а некоторые и разойдутся. Найди группу, которая спорит о чем-то, сядь неподалеку, закрой глаза и прочитай про себя стихи, которые я присылала maman: «В огромном городе моем – ночь. Из дома сонного иду – прочь…» Ты – студент Петербурга, вокруг тебя поэты, художники, друзья, но ты одинок, и люди, которые спорят вокруг, не замечают тебя.
Найди дворянские фуршеты, найди дешевые кафе, найди убогих продавщиц на рынке, найди студентов, найди солдат, найди раненых, найди молодоженов, найди евреев, армян, англичан, немцев, шведов. Закрывай глаза и слушай, чувствуй, читай стихи, беги за звоном колоколов на православном храме. Только не ищи русских на улицах Парижа. Россия – в тебе, брат мой, как и во мне. Ее не узнаешь, не опишешь, не поймешь. Ею можно лишь жить. Марк, я приеду к вам с maman, привезу вам немного холода, немного голода, охапку трав и горсть алмазов. Но я вернусь обратно, потому что я – Россия, я – Петербург».
02/03/1905
вульф

Итак, декаданс и горячее вино

В Париж мы попали нечаянно: билеты на Мартинику через Париж в нужный нам день стоили сильно дороже, чем за 4 дня до.
В 2011 я провела в Париже неделю, оттуда сохранились даже сентиментальные записки в ЖЖ (1, 2, 3). Программа была довольно стандартная, потому что ездила я с чужим и недалеким человеком. В этот раз можно было разгуляться, так что месяц перед каникулами я потратила на составление собственного путеводителя. Мужу, который поехал в Париж впервые, я отказала в Эйфелевой башне, Лувре, Пантеоне и прочих популярных местах.
Что же мы там делали 3 с половиной дня?
Общались с мертвыми, конечно.

Collapse )
deer girl

Впервые в жизни он был счастлив (с)

Ужасный день был 5го.
А ночью ушел в свои миры старенький Бредбери. Ничего с ним не случилось, просто настало время, грянул гром.
Спасибо ему за все. Мои дети обязательно будут расти на его книгах. И надеюсь, что не доживу до того времени, когда его слова станут реальностью, хотя все к этому идет. И не обязательно книги будут именно гореть...
Буквально неделю назад написала расстроенный пост с цитатами из 451, добавлю и сюда кое-что.


Collapse )
deer girl

Про фантастику

Порция меняведения.

Когда-то я была маленькой и росла в квартире, где на огромных полках до потолка по всему дому стояли книги. Среди них стояла и необъятных размеров коллекция советской и не только - фантастики. Ее собирал дедушка всю жизнь, постепенно ее поглощала и моя мама. А я в свою очередь совершенно не понимала, что они в этом находят. Ребенок-скептик такой.
Конечно, Булычева я читала, причем не детские вещи, а подростковые, они меня приводили в восторг. Но чтобы взять в руки Лема или Стругацких...
Но благодаря всего одной книге я вошла в мир фантастики и до сих пор ее осторожно, с интересом исследую.
Наверное, ее почти никто не знает или не помнит. Но есть такой писатель Георгий Реймерс, приобщенный к плеяде летчиков, как Бах и Сент-Экзюпери, который вдруг написал книгу "Северная корона".
Спасибо ему за это!
Я стала уважительно относиться к хорошей фантастике, перешла на Ефремова и братьев. То ли еще будет )

У этой книги есть забавная история в нашей семье. Ее мама, будучи в пионерском лагере, просто увезла с собой из местной библиотеки. Не хорошо, но она в нее влюбилась. Как и я лет 20 спустя...

Мораль: все проходит в нужное время. Читайте книги )
deer girl

Вера Полозкова в тему

Надо было поостеречься.
Надо было предвидеть сбой.
Просто Отче хотел развлечься
И проверить меня тобой.
Я ждала от Него подвоха –
Он решил не терять ни дня.
Что же, бинго. Мне правда плохо.
Он опять обыграл меня.
От тебя так тепло и тесно…
Так усмешка твоя горька…
Бог играет всегда нечестно.
Бог играет наверняка.
Он блефует. Он не смеется.
Он продумывает ходы.
Вот поэтому медью солнце
Заливает твои следы,
Вот поэтому взгляд твой жаден
И дыхание – как прибой.
Ты же знаешь, Он беспощаден.
Он расплавит меня тобой.
Он разъест меня черной сажей
Злых волос твоих, злых ресниц.
Он, наверно, заставит даже
Умолять Его, падать ниц –
И распнет ведь. Не на Голгофе.
Ты – быстрее меня убьешь.
Я зайду к тебе выпить кофе.
И умру
У твоих
Подошв.
  • Current Music
    HIM - The Funeral Of Hearts
  • Tags